Карл Лагерфельд утверждает: чтобы стать легендой в мире моды, надо выглядеть так, чтобы на тебя легко можно было нарисовать дружеский шарж. Иными словами – узнаваемо. Видимо, Грейс Келли интуитивно это чувствовала, раз всю жизнь носила практически одинаковую прическу, в итоге ставшую ее визитной карточкой. Стрижку средней длины, которую в этом сезоне стилисты называют lob, то есть long bob длинный боб, Грейс носила и в самом начале карьеры, когда работала фотомоделью, и когда стала княгиней Монако. Цвет волос всегда был светлым – он платины до более натуральных пшеничных тонов. Укладка также почти не менялась: обычно она оставляла лоб открытым, укладывала волосы на глубокий боковой пробор и завивала крупными локонами. Хотя такая прическа выглядит лаконичной и простой, сделать ее самостоятельно довольно сложно. Именно потому в судьбоносный день встречи со своим будущим мужем – князем Монако Ренье – Келли была не похожа сама на себя. Во Франции бастовали парикмахеры и прочие работники индустрии красоты, и протестующие не стали выходить на работу даже ради голливудской звезды. Грейс сделала, что могла – гладко причесала влажные волосы и закрепила в пучок. Дальше мы знаем – князя покорили утонченность и скромность, которых он не ожидал от кинодивы, и спустя всего полгода голливудская принцесса стала княгиней Монако.
Грейс воспитывалась очень строго: мать была рьяной католичкой, отец – олимпийским чемпионом по академической гребле. Детство Келли можно описать одним словом – дисциплина, дисциплина, дисциплина. Строгие родители, мечтавшие о выгодном браке для дочери, не жалели сил, чтобы воспитать в ней стать и умение держаться, достойные королевы. А самое важное для нужного впечатления – безупречная осанка и гордая посадка головы. Грейс часами тренировалась держать спину прямо, ходить с высоко поднятой головой и при этом выглядеть естественно и непринужденно. И не зря. Став княгиней, она ничуть не уступала по экстерьеру особам королевской крови.
Недолгая кинокарьера Грейс пришлась на расцвет стиля new look, самого женственного и роскошного стиля XX века. Как правило, и в кино, и в жизни ее одевали костюмеры голливудской киностудии «Метро Голдвин Майер» Эдит Хед и Хелен Роуз. Требования к нарядам были следующими – они должны быть роскошными, но не должны затмевать красоту Келли и отвлекать от нее внимание. Кроме того, Грейс не любила слишком откровенных вещей, поэтому редко носила глубокие декольте, в отличие, например, от Авы Гарднер или Мэрилин Монро. Ее выбор на каждый день – расклешенные юбки, приталенные блузки и рубашки, обычно застегнутые почти до самого верха. Для вечерних выходов звезда чаще всего выбирала платья-бюстье – они открывали роскошные плечи, которыми она очень гордилась.
О том, что в честь княгини Монако модный Дом Hermès назвал сумку знают, наверное, все. Легендарная Kelly bag была и остается объектом желания для многих женщин, несмотря на внушительную стоимость. И, что интересно, сумка сохранила безупречную репутацию, несмотря на бешеную популярность – в отличие от другой сумки-легенды Birkin. Другими непременными атрибутами образа Келли были платки (обычно она не мудрствуя тоже выбирала Hermès, реже – Ferragamo), короткие жемчужные бусы и крохотные серьги, а также перчатки, которыми она с удовольствием дополняла и вечерние наряды и повседневные образы.
О Грейс снято немало фильмов, многие актрисы пытались повторить ее образ. Как правило – тщетно, даже если гримерам удавалось создать впечатление внешнего сходства (последний пример – попытка Николь Кидман в фильме «Принцесса Монако»). Причина того, что подделка всегда оказывалась сильно хуже оригинала, обычно заключалась в том, что никому не удавалась повторить манеры звезды. Мягкие плавные движения, полные одновременно царственности и открытости, искренняя улыбка, грациозная походка – Грейс не работала звездой, а была ею. Опять же – спасибо родителям, которые с детства готовили дочь к тому, чтобы блистать в высшем обществе.
Режиссер Альфред Хичкок не скрывал, почему он выделяет Грейс среди других звезд: «Она, как вулкан под снегом, за ее холодностью скрывается невообразимый жар страстей. Это гораздо интереснее, чем просто сексуальная штучка». Жар страстей действительно имел место быть – Грейс была невероятно влюбчива и вела очень бурную личную жизнь, иногда ухитряясь заводить романы одновременно с несколькими партнерами по съемкам. Правда, в отличие от многих других актрис, ей хватало ума, такта и чувства собственного достоинства, чтобы не выносить личное на всеобщее обозрение. Не то чтобы она скрывала подробности своих приключений, просто никогда не афишировала, оставаясь для миллионов поклонников идеалом безупречной леди.
